Поговорим о домовых

ДМИТРИЙ РЯШЕНЦЕВ 
кандидат филологических наук
доктор богословия

В мифологической традиции восточных и западных славян домовой всегда считался и считается покровителем и хозяином дома, обеспечивающим нормальную жизнь семьи, здоровье людей и животных, плодородие земли. Согласно славянским поверьям не существует дома, в котором не было бы домового, ибо данное существо тесно связано с человеком и его деятельностью. От профессиональной принадлежности главы семьи зачастую зависит и статус самого домового. Знатность и обеспеченность не являются определяющими факторами положения домового среди себе подобных. Важны душевные качества человека, его отношение к людям и к животным.

Представления германцев о домовом отличаются от славянских воззрений. Например, в мифологии саксонцев, баварцев и пруссаков существует такой персонаж, как Бекке.

В мифологии и фольклоре германских народов это полевые духи. Они помогают расти злакам и сами растут вместе с ними. Бекке катаются на волнах, которые гонит по полям ветер, не забывая пугать детишек, приходящих на поля нарвать васильков. Когда с полей убирают урожай, Бекке приходится несладко ‒ они либо впадают в спячку, либо их убивают. Раньше, когда хлеб убирали вручную, жнецы гонялись за ними по всему полю до тех пор, пока не оставался один единственный несжатый участок; если сжинали и его, Бекке умирал, а если колосья оставляли стоять, он питался ими всю зиму.

Прежде сердобольные люди в преддверии зимы приносили Бекке в дом; теперь духи приходят сами, перед Рождеством. Если его подкармливать, со временем он уйдет, в знак благодарности не причинив никакого вреда дому. Если же он сочтет, что его оскорбили, то разломает пивные бочки в погребе, накидает в муку жуков-долгоносиков, заставит гнить зерно. В некоторых местностях Бекке даже путают со святым Николасом (то есть Дедом Морозом). Матери пугают ими непослушных детей.

Облик этого духа описать трудно, ибо они склонны к оборотничеству и предпочитают зачастую оставаться невидимыми. Людям они могут являться в обличье козла, птицы, кошки, волка и даже насекомого. У многих Бекке голова и торс человеческие, а копыта козлиные. Один из них, известный под именем Рыцарь Рупрехт (тот самый, которого частенько путают с Дедом Морозом), ходит в бесформенном балахоне или кутается в меха. За спиной у него мешок с пеплом, а в руке он держит посох, увенчанный козлиной головой. Если Бекке рассердить, он примется скалить зубы и рычать.

В германской низшей мифологии существуют еще и Кобольды – домовые, сходные с английскими Боггартами и Брауни. Изначально кобольды были, возможно, связаны с культом деревьев (этим объясняется изготовление фигурок кобольдов, служивших оберегами дома, из специально найденного и срубленного дерева). Таким образом, фольклорный кобольд – это «домашний» дух, который обычно помогает с хозяйственными работами или оказывает другие ценные услуги, но также часто прячет домашнюю утварь и инструмент или пинает сзади нагнувшихся людей. Он вспыльчив и становится очень зол, если его не кормить должным образом. Также он иногда поет детям.

В одной легенде рассказывается о кобольдах города Кёльна, которые за ночь выполняли столько работы, что горожане могли бездельничать весь день. Однажды жене портного так захотелось посмотреть, как работают кобольды, что она рассыпала по полу мастерской горох, чтобы они поскользнулись и упали. Пришедшие в ярость кобольды навсегда исчезли, оставив жителей Кёльна делать всю работу самим, без волшебной помощи. Английские Боггарт и Брауни очень схожи по своим функциям и качествам как с германским Кобольдом, так и со славянским домовым. Единственное, что отличает, скажем, Боггарта от всех остальных, так это то, что он предпочитает бродяжить в одиночку, поскольку с другими не очень-то ладит. Косматые, с длинными желтыми зубами, не слишком далекие, боггарты не пользуются популярностью даже среди фейри. Их любимая проделка такова – подкрасться ночью в спальню, провести холодной, мокрой лапой по лицу человека и сдернуть на пол одеяло. Культ боггарта был особенно распространен в Ланкашире и Йоркшире. Брауни отличается от Боггарта тем, что почти совершенно схож в своих привычках с полтергейстом. Он способен не давать прохода никому в доме, особенно детям. Он ворует у людей хлеб, масло, миски с кашей, и прячет их по углам и шкафам, но людям на глаза Брауни никогда не показывается. Представители всех официальных религий однозначно считают спасением от расшалившихся домовых освящение жилища и семьи. Как в Православии и Католицизме, так и в Исламе существуют специальные молитвы, ограждающие дом и семью от любых низших духов. А то, что в любом домовом воплощается бесовское начало, не отрицают даже представители дохристианских древнеславянских культов.

Заигрывать с домовым крайне опасно. В деревнях и городах традиционно ему оставляли кусок хлеба и блюдце с молоком на столе. Обычай звать домового с собой при переезде в новый дом известен преимущественно в русской традиции, а на Украине – у русских переселенцев. Согласно поверьям, домовой, оставшийся в старом доме, плачет и воет по ночам, а семью, не позвавшую домового, в новом доме ждут несчастья. В старой усадьбе открывают ворота или лаз из подпола и с приговором типа: «Хозяин домовой, пойдем со мной в новый дом». Не смотря на церковные запреты, многие даже воцерковленные люди стараются угодить лукавым домашним невидимкам, чтоб избавить себя от тех неприятностей, которые они могут причинить.

В исламе отношение к домовым несколько иное, нежели в христианстве и в дохристианских славянских (европейских) языческих культах. Мусульмане их называют ДЖИННАМИ и воспринимают их как братьев по вере. Даже в Коране от имени Аллаха сказано: «Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне» (Коран, 51:56).

Естественно возможности Джинна во много раз превосходят возможности человека. Однако чисто мифологически возникает некое противоречие. В трактовке разных мусульманских народов Джинн обретает разные функциональные черты. У арабов, например, этот персонаж может находиться в какой-либо емкости (вспомним волшебную лампу Аладдина) ‒ лампа, бутылка, кувшин, ларец и так далее. Причем у сирийцев встречаются упоминания, что Джинн может жить в дупле дерева, колодце, в гроте или пещере. Некоторые народы Средней Азии наделяют их получеловеческими чертами или совершенно нечеловеческими. В некоторых фольклорных, мифологических и литературных источниках повествуется о том, что по колдовству злой пери (волшебницы) обычный человек может быть превращен в Джинна. В частности, с данным сюжетом можно столкнуться в «Сказке о Синем Джинне» Игоря Эгентара.

Но такие характеристики мистических сущностей в исламе совершенно несопоставимы с характеристиками славянских и европейских домовых. Если же мы попытаемся сопоставить духов России и Европы с духами Юго-Восточной Азии, то различия будут еще более существенные, но об этом мы поговорим в следующем номере нашего журнала.